Миссионерский отдел Московской епархии
Ход строительства

ВОСПОМИНАНИЯ О ВОЙНЕ

Вспоминает Леонид Михайлович Реутский, алтарник нашего храма.

6 июня в храме святителя Николая Чудотворца, как и во всех русских православных храмах, праздновалась память Всех святых, в земле Российской просиявших. Отец Феодор рассказал прихожанам, что праздник был установлен в 1917 г. Поместным Собором Русской Православной Церкви. Удивительно, участники Собора как будто почувствовали, что скоро в России будет огромное число новомучеников. Тысячи людей – священнослужителей и мирян – пострадали за Веру при советской власти. Мы теперь знаем их имена. А сколько безвестных, погибших в Великую Отечественную войну «за други своя»! Они теперь все молятся за нас.
«И среди нас есть будущие святые», – сказал о. Феодор.  Конечно, мы их пока не знаем и можем вообще не узнать. Как сказал кто-то из святых отцов, когда Вы окажетесь в раю, Вас удивят три вещи: первое – что Вы не увидите там тех, кого ожидали, второе – что увидите там тех, кого не ожидали, а третье, и главное, – удивитесь, как это Вы сами попали в рай! Это, конечно, шутка, но о ней стоит задуматься. Надо постоянно работать над собой, проверяя каждый свой шаг, – соответствует ли он Христовым заповедям. И начинать эту работу надо смолоду, не дожидаясь преклонного возраста, когда мысли о неправильно прожитых годах будут мучить душу. Пожилой человек в любом случае начинает часто вспоминать события своей жизни. А нашим старикам есть что вспомнить! На их долю пришлись индустриализация и коллективизация, массовые репрессии, голод и холод. Но главное – это Великая Отечественная война – огромное, долгое, страшное испытание для всего народа. 22 июня исполнилось 69 лет со дня нападения на нашу Родину фашистской Германии. В 1941 г. это был как раз день Всех святых, в земле Российской просиявших.
Немного уже осталось людей, помнящих войну. Их правдивые, без официоза воспоминания для нас неоценимы. Одного такого человека мы хорошо знаем – это Леонид Михайлович Реутский, алтарник нашего храма, председатель общества бывших малолетних узников фашистских концлагерей.
Когда началась война, Леониду Михайловичу было всего 6 лет. Его семья жила в Белоруссии, в Гомельской области. Отец работал механиком днепровской флотилии, мама была учителем младших классов. У отца было пятеро младших братьев, самому младшему – 14 лет. Деда по отцу  в 1937 г. арестовали как бывшего царского офицера и расстреляли.
Немцы пришли в их район в июле 1941 г. и, не останавливаясь, двинулись дальше на восток. Оккупационный порядок поддерживали чехи (в составе Вермахта были и поляки, и венгры, и румыны, и финны, и итальянцы). Был учрежден бургомистрат, назначены из местного населения старосты и полицаи. Это в райцентре, а в отдаленных глухих деревнях жизнь продолжалась почти по-прежнему. В 1941-м г. был необыкновенно богатый урожай. Колхозники убирали его и разбирали по домам. Излишки  тут же переводили на самогон. Мужикам – раздолье.
Большая часть мужского населения была призвана в армию, которая тогда называлась не Советская, а Рабоче-Крестьянская Красная Армия – РККА. Часть мужчин ушли в партизаны. Надо сказать, что к войне страна готовилась. В Белоруссии и в западных областях России заранее были подготовлены базы и кадры для партизанских отрядов, на случай если фашисты захватят эти районы. И когда это действительно произошло, в леса ушли партийные и комсомольские работники, сотрудники НКВД, колхозные активисты. Сначала у них не было связи с Центром, не хватало оружия. И не всегда достойные люди находились во главе отрядов. Бывало, что эти «партизаны» грабили своих же земляков, иногда дело доходило и до убийства. Но к началу 1942 г. наладилась связь с Центром. Стали прилетать самолеты с оружием и боеприпасами, рациями. Прилетавшие «москвичи» наводили порядок в партизанских отрядах, укрепляли там дисциплину. А тех, кто обижал местное население, наказывали. Леонид Михайлович помнит случай, когда за бессмысленное, в пьяном угаре, убийство одного мужчины, отца четверых детей, виновные были принародно казнены.
Партизаны занимались диверсионной и разведывательной работой – подрывали поезда или просто портили железнодорожные полотна, собирали данные о дислокации немецких войск и передавали их в Центр, давая таким образом цели для бомбардировок.
Леонид Михайлович рассказывает:
– Мой отец Михаил Давыдович помогал партизанам, добывая для них нужные сведения. История отца такова. Перед войной он, 29-летний отец семейства (жена, двое детей), служил механиком днепровской флотилии, дома бывал наездами. В самом начале войны по приказу командования этот флот был затоплен, а люди отправлены по домам для мобилизации на фронт. Мобилизован   был   и   мой  отец.  Но  их  часть  не  успели  еще  как  следует сформировать, не выдали оружие и обмундирование, как пришлось отступать – из Белоруссии через Брянскую область на Орел. В Орле их и настигли немцы. Было это в начале октября 1941 г. Командование успело «эвакуироваться» на поезде, а эта, по сути, неорганизованная толпа попала в плен. Отец был в плену три дня, а потом сумел бежать. Каким-то чудом попал в подвал орловского драмтеатра, там нашел костюмерную, переоделся в хорошую одежду, да еще взял целый мешок женской одежды, понимая, что пригодится в его обстоятельствах. Решил пробиваться не на восток, а на запад, домой. И пришел уже в начале 1942 г., обменивая по дороге женские театральные вещи на кусок хлеба и возможность ночлега.
Весь 1942 г. отец был с нами. Опять был хороший урожай, опять его разобрали по домам. Партизаны уже действовали вовсю. Были отряды, находившиеся на одном месте, а были рядовые, которые не останавливались, а шли и шли, воюя, как настоящая армия. Например, партизанское соединение Ковпака, которое шло из Сумской области (Украина) на обширные леса и болота нашей Белоруссии. У них была артиллерия, станковые пулеметы, автоматическое оружие. Мало того, что воевали сами, так еще Ковпак по ходу своего следования везде организовывал местные отряды, снабжая их оружием, боеприпасами, рациями, подкрепляя специалистами военного дела.
К концу 1942-го – началу 1943-го г. немцы в ответ на действия партизан стали уничтожать местное население, буквально сжигая целые деревни – и дома, и людей. Поэтому все, кто могли, уходили в леса.
Летом 1943 г. в нашей деревне староста должен был составить список молодежи для вывоза в Германию. В списки попали и братья моего отца.  Отец и другие мужики предложили старосте список-то составить, но сообщить в бургомистрат, что эти люди уже отправлены, но на другую станцию. Мол, когда еще немцы разберутся. Так староста под давлением односельчан и поступил. Но немцы разобрались быстро, и пришлось старосте со всей семьей перебираться в леса, в отряд, а немцы в отместку сожгли его дом. Наша семья в это время тоже уже была в отряде.

Беседу с Леонидом Михайловичем записала О. Хальзова.